Маразм не Паркинсон

Потакающий желаниям увенчанного лаврами кинематографиста анахронизм «Фестиваль Рифкина» еще одно старческое ворчание Вуди Аленна в форме фильма о человеке, наполненном профессиональным кризисом, безответной любовью, философскими затруднениями и беспокойством о супружеских неверностях. Да, не волнуйтесь, юмор о евреях, уже не за горами.

Не замедляя свою культовую карьеру, автор, как и прежде зациклен на подражательных интеллектуальных творцах, одержимо борющихся с бессмысленностью жизни, в качестве лекарства выбирающих увлечение молодыми девушками.

Американец, похоже, снимает все, что печатает на машинке, выпуск копии муляжей прошлых хитов, чаще всего, кажется скорее ритуалом, чем искусством. Сейчас в центре действия Морт Рифкин (Уоллес Шон работает как более надежный дублер Аллана Стюарта Конигсберга, чем Кеннет Брана, Джон Кьюсак, Тим Рот или Джейсон Биггс) — профессор кино на пенсии, увязнувший в мертвом браке, ругающий людей за то, что они не ценят винтажное киноискусство Европы, бездельничает над романом, который никогда не увидит свет.

Трудно представить, чтобы Вуди когда-либо меньше сочувствовал персонажу. В то время как Морти считает бесполезным писать, что-либо не равное Достоевскому, 84-летний Аллен выпускает сценарии на ежегодной основе, не обременяясь даже отдаленными воспоминаниями о своих величайших работах, продолжая наивно видеть в героях кладезь усталых, элитарных, остроумных шуток. Роли здесь очень тусклые и неопределенные, поскольку они нарисованы вокруг силуэтов многих других из фильмографии ньюйоркца, уже не вызывают чувств.

Настоящие звезды — это личные переживания Вуди. На этот раз он определенно огорчен состоянием кинокультуры, несмотря на то, что по прежнему уважает классику. Морти лишь звук одинокой ноты, как платформа для стилистических колебаний, он олицетворяет сложные отношения режиссера к миру, окружающему его призвание. Рифкин разыгрывает текущие семейные сложности в воссоздании сцен из шедевров кинематографа, изначально забавных ход, но быстро надоедает. Видения включают пародии на Бергмана, Бунюэля, Феллини, Годара, Трюффо и сильно еврейскую версию «Гражданина Кейна» с санями, переименованными в «Роза Будник».

Аллен не может найти путь к сюжетной линии, чтобы поддержать такие чудные моменты. Нет причин размышлять об этом: Мистер троллит нас. Главный герой — сноб презирающий американский канон в пользу европейских мастеров, которых он годами изучал. Бессознательно и регулярно старичок дрейфует в черно-белых кадрах, немногие из которых служат какой-либо цели, а просто позволяют знающим зрителям отметить не слишком понятные ссылки.

Суть ленты: клон Аллена застрял во временном аду, повторяя идентичную тарабарщину, которую он извергал десятилетиями, возможно, из-за импотенции к определению актуальных жизненных бедствий. Мужчины изображаются неспособными взаимодействовать с чувственными и спонтанными элементами бытия, в основном с тревогами и неврозами, ворчливы, без видимой иронии, по поводу неспособности женщин (разрывающихся между помятыми интеллектуалами, страстными художниками и просто чрезмерно сексуальными артистами) понять глубину их личности — это единственная проблема, которую может заметить режиссер.

«Фестиваль Рифкина» изобилует ленивой стенографией, как во всех картинах мэтра в течение многих лет, люди существуют из верности рутине, как Морт и его жена Сью (Джина Гершон) не имеют химии или ощущения общей истории. По мере того как повествование продолжается, эта расточительность становится оскорбительной, что необычно даже для плохих продуктов легендарного, разумеется его привилегии заслужены, а творческое чистилище, заключаются в очевидной способности выжать каникулы из любого написанного им сюжета. Осознание собственной несущественности — не совсем то же самое, что и актуальность, но это небольшой прорыв.

Застрявший где-то между реальным и причудливым режимами киноветеран, настолько самодовольно создал кинофильм, что он почти не отзывается в душе.

Денис Лесник

Читайте также: