Я просто источник энергии

Красная и синяя таблетки были непреодолимым мемом, подаренным политическому дискурсу на заре онлайн-эпохи. Когда-то одна пилюля делала вас крупнее, а другая меньше, человек становился немым, глупым, но наркотики не спасали от самого себя. Вероятно, это несправедливая рецензия, но трудно смотреть раздутое кинематографическое крушение поезда, такое как «Матрица: Воскрешение», не думая о том, как можно было бы потратить деньги, выброшенные на экран, гораздо лучше, особенно сейчас.

Поскольку в настоящее время мы живем в обществе, где правит интеллектуальная собственность, а ценность имени, ностальгия и узнаваемость бренда — основные факторы продаж, франшиза спустя почти 20 лет подверглась капитальному ремонту. Колченог никогда не был большим поклонником оригинальной трилогии, но первая серия выглядела блестящим, прозорливым научно-фантастическим триллером с новаторскими и захватывающими эффектами.

Сложно сбалансировать тон и ощущения от оригинала, а также перенести их в наши дни, почти через два десятилетия. Давным-давно на рубеже веков жил-был корпоративный трутень, сомневающийся в истинной природе своего мира, он стал одержим поиском человека, который мог бы показать, что скрывается за кулисами. Летом 1999 года зрители познакомились с убедительным и совершенно простым посылом: мы пленники машин и вынуждены бороться за свободу. С этого момента начал действовать закон убывающей отдачи.

Парадокс «Матрицы» всегда заключался в том, что реальный мир выглядит фальшивым, а компьютерная симуляция больше смахивает на нашу действительность. Matrix Resurrections — это исключение, а не правило, в защиту Вачовски скажу, что компания Warner Bros. собиралась снять еще один фильм с ними или без них. Но сестры придумали эту необыкновенную вселенную, только они имеют право анализировать и деконструировать ее.

Лана воспользовалась возможностью, чтобы поразмышлять над культурной жаждой большего количества гиков и деятелей кинопроизводства. Если трилогия принесла несколько миллиардов долларов дохода, рассказав о безграничной силе свободного разума, меняющей парадигму, почему Голливуд все еще витает в спирали творческой смерти? Что «The Matrix» говорит нам о новом тысячелетии, когда основополагающая идея не кажется настолько актуальной? И что мог сделать Нео, после того, как погиб в войне против машин вместе с любовью всей жизни? «Матрица Воскрешение» в той или иной степени отвечает на все эти вопросы, но красота в том, что кино заставляет фанатов ими задаваться.

Недостаточно предполагать, что это сон. Томас А. Андерсон неохотно и необычно просыпается, подчеркивая, что он более яркий, чем прежде аватар для нас, ведь мы тоже должны хотеть очнуться. Первоначальное удовольствие от встречи с Киану Ривзом, на которого мы регулярно смотрим во множестве лент, возвращения Кэрри-Энн Мосс в роли влюбленной в солнцезащитных очках — меркнет от бесцельной, наполненной словарным запасом, болтливой скуки.

Действие происходит после событий «Революции», где Нео пожертвовал собой ради общего блага, пока оцифрованный мир, который люди, захваченные машинами, принимают за реальную жизнь — перезагружается. Нео подозревает, что его воспоминания о единственном городе людей Зионе могут быть истинными, да, оказывается, он был прав.

Однажды Морфеус (Яхья Абдул-Матин II) появляется и рассказывает главному герою подробности альтернативной реальности, только капитан корабля «Навуходоносор» больше не похож на Лоуренса Фишборна, а также подрабатывает одним из злодейских агентов. Изменения запутанно объясняются спокойной, снисходительной чушью, а затем Нео глотает красную таблетку с целью вернуть Тринити.

По своей сути «The Matrix» всегда была основана на великой силе любви, а вера женщины, поддерживаемая пророчеством, помогла Избранному принять свою мессианскую судьбу. И все портится в четвертой части. На ум приходит такая аллегория: кучка детей пытается купить билет на фильм с рейтингом R, куда лица, не достигшие 16-летнего возраста, допускаются только в присутствии родителей.

«Матрица: Воскрешение» войдет в историю культа, потому что она смехотворно плоха. Вачовски наколдовала странную преисподнюю, смешивая ностальгию и референциальный выбор, показывая просто равнодушие к материалу. Конечным результатом всей этой техно-философской болтовни является не совсем приятное ощущение, что ты застрял в лифте с кем-то отчаянно пытающимся объяснить бомбардировкой словами, почему этот самонаркотизированный бред должен тебе нравиться.

Денис Лесник

Читайте также: